Анна Коломоец — музыковед, музыкальный журналист, критик — подвела итоги XI Международной конференции XIX Зимнего фестиваля Юрия Башмета, участниками которой были директор Мордовской филармонии Сергей Кузьмин и художественный руководитель Марина Полушкина. Опубликовано в ClassicalMusicNews.Ru
Одним из долгожданных событий сочинского фестиваля, безусловно, является трехдневная конференция. Это не просто площадка для дискуссий, а главное место встреч, где завязываются профессиональные контакты, перерастающие в многолетнее сотрудничество. Ежегодно в «жемчужину Чёрного моря» со всей России съезжаются музыканты, журналисты, продюсеры, директора филармоний, театров и музеев, педагоги, дирижеры, критики, композиторы.
И всё это для того, чтобы обсудить актуальные для российской академической музыки темы: развитие музыканта от ДШИ до профессионального уровня; что важно знать организатору концерта; стратегия развития филармонических организаций; перспективное сотрудничество с зарубежными партнерами; искусственный интеллект в музыкальном образовании; как говорить о событиях в академической музыке; тренды и перспективы музейного дела; и на десерт — защита проектов молодых продюсеров, участников Школы продюсеров на Зимнем фестивале.
На протяжении трех дней в конференц-зале ощущалась атмосфера живого диалога и напряженной мысли — во многом это заслуга Генерального директора Русского концертного агентства Дмитрия Гринченко, который выступал модератором ключевых заседаний или просто находился среди публики.
О самых горячих обсуждениях будет кратко рассказано далее.
Когда же вновь откроется окно в Европу?
Именно эта тема стала лейтмотивом пленарного заседания, состоявшегося в середине февраля, — «Искусство в меняющемся мире. Новый взгляд и новые возможности сотрудничества с зарубежными партнерами». Сессия проходила на иностранных языках, каждый гость получил наушники для синхронного перевода с китайского и английского. Зал был полон: тема вызвала повышенный интерес. Хотя «новых взглядов» заседание не представило, зато спикеры поделилось новыми смыслами.
Одной из первых слово взяла Мейфанг Сан — генеральный секретарь Организации городов Шелкового пути и Великого канала в Китае, руководитель медиа в Лояне, директор Комитета по художественному образованию молодежи провинции Хэнань. Она представила яркую презентацию о развитии курортной инфраструктуры в городах Лоянь и Хайнань. Особое внимание, по ее словам, организаторы уделяют иммерсивным спектаклям, которые позволяют туристам буквально прикоснуться к истокам древней цивилизации Тан. Госпожа Сан была явно воодушевлена и от всего сердца пригласила гостей посетить Китай.
Следующим к аудитории обратился Горгон Танер, генеральный директор Стамбульского фонда культуры и искусств. Он не смог приехать в Сочи лично, поэтому его выступление транслировалось по видеосвязи. В его речи порой непросто было уловить главную нить, однако спикер отчетливо обозначил три важнейших вызова времени: тотальную цифровизацию, поиск культурного суверенитета и необходимость живого диалога.
Главным посылом турецкого спикера стал призыв научиться слышать друг друга и двигаться в «мирный мир будущего» через сотворчество. Только совместными усилиями, убежден он, можно создать нечто подлинно новое.
Несколько выбивался из общей темы заседания, но при этом стал одним из самых ярких докладчиков Риад Кудси, директор и основатель Юношеского симфонического оркестра Эмиратов. Его выступление было посвящено педагогике — теме, казалось бы, далекой от геополитики, но на самом деле пронизывающей все сферы культуры.
Кудси жестко разделил ремесло и искусство воспитания, заявив: преподавание музыки — это прежде всего «формирование человека». По его убеждению, мы не просто учим играть — мы влияем на личность, прививаем вкус и меняем судьбу. «Талант — это не магия и не загадка,— подчеркнул спикер.— Это структура: дисциплина, развитый слух, чувство ритма, физическая выносливость, терпение и страсть».Зал откликнулся живо и благодарно — Кудси затронул тему, которая отзывается в сердцах многих родителей:«Неправильно выбранный инструмент может сломать ребенку судьбу. Неудача на инструменте не означает неудачу в музыке».Спикер призвал пересмотреть само понятие профессионализма: по его словам, он начинается не с диплома об окончании училища или вуза, а гораздо раньше — «с первого уверенного звука и уверенности в себе».
Иные, не менее важные размышления предложил слушателям Патрик де Клерк (Бельгия) — композитор, педагог, продюсер, куратор фестиваля «Новые горизонты» в Мариинском театре и основатель фестиваля «Музыкальные проекты для Брюсселя». Он обратил внимание на кризис, который переживает сегодня академическая сцена: публики на концертах классической музыки становится все меньше и меньше. И дело вовсе не в качестве исполнения, а в устаревшей модели коммуникации между сценой и залом.
Самый внятный и «обнадеживающий» ответ на волнующий всех вопрос «когда же?» прозвучал из уст модератора конференции Дмитрия Гринченко: «Возвращение обязательно будет! В этом заинтересованы страны, которые сегодня испытывают дефицит общения с Россией. Возвращаться мы будем именно через культурные проекты. Быть может, это случится завтра, а может, через десять лет, но я убежден: мы должны возвращаться не робко, а во всем масштабе нашей деятельности!»
Искусственный интеллект: стрём или норм?
Одной из самых горячих тем программы конференции стала дискуссия, организованная совместно с Российским музыкальным союзом. Тема «Искусственный интеллект в музыкальном образовании: польза или вред?» столкнула лбами поколения и мнения.
В президиуме собрались совершенно разные фигуры: Александр Клевицкий (генеральный директор Российского музыкального союза, композитор и дирижер), Ярослава Кабалевская (кандидат искусствоведения, доцент Московской консерватории), Светлана Мелентьева (кандидат искусствоведения, музыкальный обозреватель, пианистка, педагог) и Кирилл Головачев (композитор, выпускник ассистентуры Московской консерватории, исследователь ИИ).
Ярослава Кабалевская открыла встречу неожиданным экспериментом. Она показала залу картинку, сгенерированную нейросетью по запросу «Московская консерватория и искусственный интеллект». Результат удивил точностью: мрамор, ротонды, хоровой коллектив и… молодой человек с планшетом на фоне старинных пюпитров. «Консерватория, которая является хранительницей фундаментальных основ, всегда идет в ногу со временем»,— подчеркнула спикер. Она подробно рассказала о том, как цифровые технологии уже встроены в жизнь старейшего музыкального вуза. Это и суперсервис «поступление в вуз онлайн», и уникальный рояль-дисклавир — подарок компании Yamaha. Этот инструмент способен не только воспроизводить игру Рахманинова с точностью до мельчайших нюансов, но и «общаться» с компьютером.
В консерватории есть инсталляция «Книга отзывов и предложений»: человек печатает текст на клавиатуре, а рояль исполняет написанное как музыкальное произведение, и принтер тут же печатает ноты. «Дисклавир фиксирует мельчайшие штрихи. Студенты могут анализировать свои погрешности, слушать игру великих исполнителей и даже заниматься с педагогом, находящимся в другой стране, — при условии, что там имеется такой же инструмент»,— рассказывает Ярослава Кабалевская.
Однако, по словам спикера, у медали есть и обратная сторона: потеря качества звука при цифровой передаче, исчезновение личного контакта с мастером и риск перенасыщения информацией.
Светлана Мелентьева провела настоящее научное исследования. Она сразу же обозначила позицию: вопрос, вынесенный в заголовок сессии, сегодня уже не корректен. По ее убеждению, ответом на него должна нейрограмотность. Именно она позволит минимизировать потенциальный вред и извлечь из ИИ максимальную пользу.
Спикер напомнила залу, что термину Artificial Intelligence скоро исполнится 70 лет. Она также объяснила, что важно различать два измерения искусственного интеллекта. Первое — это сила интеллекта. Слабый искусственный интеллект создан для решения конкретных задач, работающие на алгоритмах (Сири, Алиса, Шазам и т. д). Сильного же, общего искусственного интеллекта, который моделировал бы когнитивные способности человека и мог бы обрести собственную волю, на сегодняшний день просто не существует. Так что опасения насчет восстания машин — в сторону!
Мелентьева отметила, что сегодня ИИ в образовании решает три главные задачи: персонализацию обучения, автоматизацию рутинных процессов и помощь в научно-исследовательской работе. Именно на последнем пункте она остановилась подробнее. При подготовке любой серьезной работы ИИ способен стать незаменимым помощником на этапах выбора темы и анализа трендов, при проведении предварительного обзора литературы. Он помогает структурировать тексты, создавать черновики, проверять грамматику и стилистику, визуализировать данные в графиках и таблицах.
Но здесь спикер сделала важное предупреждение: при всем этом многообразии возможностей нельзя забывать, что искусственный интеллект — это редактор и ассистент, но не автор!
Переходя непосредственно к музыкальному образованию, Мелентьева привела цифры, которые многих в зале заставили задуматься. Обучающие приложения, такие как Simply Piano и Flowkey, сегодня скачали более пятидесяти миллионов человек в ста восьмидесяти странах мира. Вопрос музыкального просвещения эти сервисы решают с колоссальным охватом.
Был в ее докладе и важный тезис — «Роскошь живого взгляда». Речь шла о практической деятельности, о мастерстве, требующем синтеза опыта и чувств; здесь искусственный интеллект бессилен. Постановка рук, работа над звуком, интерпретация, требующая соединения всех наших знаний и эмоций, воспитание — всё это остается за человеком. Искусство требует живого диалога. Этому не научится никакая нейросеть.
Самым эмоциональным и, пожалуй, самым пессимистичным в отношении ИИ оказался Александр Клевицкий. Маэстро, который еще в 1979 году начал осваивать первые компьютеры, ныне бьет тревогу.«Сегодня мощная машина в обычном смартфоне может по легкому промту написать музыку. Для меня это, к сожалению, конец профессии композитора»,— заявил он. Клевицкий рассказал, как за пару минут он создал в программе Suno музыкальное поздравление композитору Александру Чайковскому. «Для потребителя все равно. Он не может определить, создан трек человеком или машиной. Ему это неважно. А люди, которые проучились в музыкальных школах, училищах и консерваториях, просто потеряют работу. Это очень печально»,— рассуждает Александр Клевицкий.
Особую тревогу у маэстро вызывает проблема авторского права. Он также привел в пример эксперимент, где зрители голосовали за лучшее произведение, и только 33% отдали предпочтение музыке, написанной… искусственным интеллектом. Сам композитор, впрочем, признал, что инструменталистов робот не заменит: живой звук и визуальный контакт со сценой останутся за человеком.
Повеселило публику выступление Кирилла Головачева, который называет себя «евангелистом ИИ» и исследует алгоритмическую композицию. Молодой человек рассказал о феномене полностью синтетических артистов, таких как Ксения Моне или Сиена Роуз. У них есть биографии на Википедии, миллионы прослушиваний на стримингах, посты в соцсетях. При этом никто не знает, существуют ли они в реальности или это плод алгоритмов. Интрига работает на коммерческий успех.
Итоги заседания подвела модератор Марина Задерацкая, генеральный директор журнала «PianoФорум», член Союза композиторов и Союза журналистов РФ. Ее высказывание прозвучало почти как манифест:«Мне иногда кажется, то, что делает искусственный интеллект в музыке, — это фастфуд. Он быстро потребляется и быстро забывается. А музыку Баха будут помнить и через сто лет. Количество скачиваний приложений — это одно, а количество слез в зале, когда скрипач играет соло, — это другое».
Критик vs Пресс-служба
Финальный день конференции выдался не менее жарким, чем предыдущие. Тема «Как говорить о событиях в академической музыке? Позиция критика и пресс-службы» собрала полный зал, и, судя по накалу страстей, вопрос этот назрел давно. Модератор Евгения Кривицкая профессор Московской государственной консерватории им. П. И. Чайковского, главный редактор журнала «Музыкальная жизнь», генеральный директор Ассоциации музыкальных журналистов, критиков и музыковедов начала с констатации факта: сегодня само понятие «пресс-секретарь» в концертных организациях размыто. Кто-то называет эту должность «начальник отдела маркетинга», кто-то — «специалист по связям с общественностью», а функционал может варьироваться от написания постов до продажи билетов.
Первой слово взяла Елена Чишковская, начальник отдела по связям с общественностью Московского международного дома музыки. Она сразу обозначила главную боль: пресс-релизы и рассылки не гарантируют, что информация будет донесена верно. Особенно когда на концерты приходят журналисты без музыкального образования.«Формулировка наших мыслей должна быть предельно простой,— подчеркнула Елена.— Потому что очень часто люди, которые не являются профессионалами, выпускают такие материалы, что мы только разводим руками». В качестве хрестоматийного примера она привела недавний случай с концертом к юбилею Моцарта. В программе была Концертная симфония для скрипки и альта с оркестром. После события журналист написал:«В центре программы была знаменитая симфония для скрипки, альта и контрабаса». «Откуда взялся контрабас? Мы до сих пор не можем понять…» — недоумевала спикер.
Елена Чишковская также призналась, что сегодня главный инструмент пресс-служб — социальные сети. Здесь они независимы от посредников, могут экспериментировать с форматами и анализировать статистику. А главное — работать напрямую с аудиторией. В качестве удачного примера она привела сотрудничество с органистом Тимуром Халиуллиным, который ведет свой видеоблог и привлекает в Дом музыки совершенно новую публику:«Важно, какая аудитория формируется вокруг его проектов. Люди приходят, остаются в восторге, делятся впечатлениями в своих соцсетях». Кроме того, Дом музыки активно работает с партнерами: устраивает выставки в московских парках и запускает информационные ролики в метро.
На вопрос модератора о том, насколько самостоятельна пресс-служба в выборе проектов для продвижения, Чишковская ответила, что все 900 мероприятий в год охватить невозможно. Поэтому существует репертуарная комиссия и художественный совет, которые определяют приоритеты. А дальше — полная свобода творчества.
Ирина Скибинская, начальник отдела маркетинга и развития Тульской областной филармонии, рассказала о ситуации, которая знакома многим регионам. Тула — город с полумиллионным населением, оружейная столица, где нет ни одного музыкального театра, ни одного специализированного издания о музыкальной культуре. И это при том, что с 2012 года филармония получила новое здание, симфонический оркестр, новый инструментарий.
В отделе работают десять человек, но функционал размыт: три дизайнера, два фотографа, специалист по соцсетям, и лишь один человек, который занимается контактами со СМИ.
Отдельная гордость — работа с региональными СМИ. Ирина призналась, что ей повезло: она сама раньше работала в газете и знает эту кухню изнутри. Поэтому они не просто рассылают пресс-релизы, а разговаривают с журналистами на одном языке, ставят готовые вопросы, помогают с формулировками. А еще тесно сотрудничают с пресс-группой Министерства культуры, которая включает их события в общий медиаплан региона: «Мы можем быть уверены, что они будут заниматься этой информацией, рассылать по СМИ, предлагать наши события».Главная проблема, по словам Скибинской, — нехватка рук и времени.
Вадим Симонов, руководитель пресс-центра РАМ имени Гнесиных, признался, что до недавнего времени у крупнейшего музыкального вуза страны не было единой информационной политики. Сейчас в команде восемь человек, и все они — выпускники Гнесинки. Фотограф по образованию дирижер, дизайнер — музыковед. Главная задача пресс-центра — продвижение академии в информационном пространстве. Но, в отличие от Высшей школы экономики или других крупных вузов, у Гнесинки нет жесткой борьбы за абитуриента: система трехступенчатого образования (школа — училище — вуз) сама регулирует поток. Спикер замечает:«Мы заложники системы. Но мы стали очень активными участниками культурной повестки страны».С 2022 года Гнесинка начала активно осваивать соцсети: Telegram, Яндекс-Дзен, ВКонтакте. Но есть и большая проблема — запрещенные в РФ площадки от компании Meta Platforms Inc., которыми продолжает пользоваться русскоязычная аудитория. «Мы катастрофически быстро теряем медиаохват»,— отмечает Вадим Симонов.
Марина Гайкович, музыковед, критик и начальник литературно-издательского отдела Большого театра, начала с того, что отношения между пресс-службами и критиками за последние годы сильно изменились. И главная причина — изменение контекста.«Сейчас, если ты пишешь о мероприятии, тебе звонит пресс-секретарь и говорит: “Умоляю, напиши что-то конкретно об этом”. А для чего? Чтобы статью приложить к отчету.Это стало очень важным, а для меня как критика это не важно. Мне интересно, как прошло мероприятие, само творчество, а не его финансирование».
Гайкович подтвердила проблему, о которой говорили представители регионов: нехватка специалистов. В редакциях работников отделов культуры сокращают, условия работы ухудшаются.
Поэтому, как и Ирина Скибинская, Марина Гайкович призывает к диалогу и человеческим контактам. Если пресс-секретарь знаком, если он вызывает доверие, критик всегда пойдет навстречу. Можно договориться о форматах, прислать пост-релиз, составить вопросы для интервью. Спикер заключает:«По сути, концертная организация сейчас часто берет на себя работу критиков. Это рискованно, но другого выхода часто нет».
Ольга Русанова, музыкальный и театральный журналист, музыкальный обозреватель «Радио России» подчеркнула, что в эпоху тотальных рассылок именно личное общение становится золотым ключом к успеху. Она привела в пример Викторию Иванову, пресс-секретаря Зимнего фестиваля Юрия Башмета, которая никогда не ограничивается рассылкой, а дублирует приглашения личными сообщениями в Telegram. Ольга рассказывает:«Она пишет: “Мы тебя ждем”. Это совершенно другая коммуникация. У нее есть свой пул журналистов, которые никогда ее не подведут».
Ольга также поведала и о недавно учрежденной премии «Диапазон» для музыкальных журналистов. На конкурс прислали множество текстов, и 95% из них были именно рецензиями. Авторы нашлись не только в Москве, но и в регионах. Главные огрехи статей, по ее словам: отсутствие информационного повода (писать о рядовом концерте незачем), ошибки в фактах и именах и, главное, — отсутствие интереса. Многие номинации начинались со слова «интересно», но сами тексты интересными не были.
Обсуждение показало: единого рецепта, как говорить о музыке, не существует. В столице свои инструменты информационной рекламы (метро, парки, блогеры), в регионах — свои (личные контакты с местными СМИ, сотрудничество с министерством). Где-то главным врагом становится нехватка рук, где-то — запрещенные соцсети, где-то — непрофессиональные кадры.
Но главное, о чем договорились все: без человеческих отношений, без доверия и личного контакта эта система развалится. И пресс-службам, и критикам, и продюсерам нужно учиться говорить на одном языке, помогать друг другу и помнить, что за каждым пресс-релизом и каждой рецензией стоит живой человек и живая музыка.
Фестиваль проходит при поддержке Президентского фонда культурных инициатив, Министерства Культуры РФ, Администрации города Сочи